и земли нынешних Ирана и даже Ирака.
Отметим, что полнились скрижали славы, початыми именем купца Никитина. Как рассказывал Федор Котов, он в ходе странствий повидал две сотни лавок русских купцов. Вот какую интереснейшую личность удалось выявить для своей книги «Романовы» (2013 г.) И. Курукину.
1646 год: заботы нового царя. Шёл 2-й год царствования Алексея Михайловича. В Архиве древних актов хранятся два «индийских» акта. Как интересны-то!
Первое: посольству Анисима Грибова, отправившегося в Хиву и Бухару, поручили вызнать дорогу в государство «ындейское». И пришел-таки ответ: от Астрахани маршрут определялся длиною, если верхом, то на 55 дней, а в караване на верблюдах – 115.
Второй документ – преинтересен тем, что даёт возможность предположить, кто стал третьим последователем Афанасия Никитина. Читаем же: «Отправление гонцов казанца Николая Сыроежкина с грамотой царя Алексея Михайловича к Индийскому шаху Сааджатгв о желании быть с ним в дружбе и любви». С припиской: просить прислать в Россию индийских послов. И еще пожелание, чтобы шах выразил желание торговать с Россией. Да вот только не добрался казанец до Индии. Война Персии с Индией помешала.
Есть версия – с иным индийским именем. Историк Н. Рогожкин печатает: «21 июля 1646 г. от имени царя Алексея Михайловича индийскому падишаху Шах-Джахану была отправлена грамота…» Увы, имя гонца-путешественника пока неизвестно.
1651. Новые экспедиции и старые заботы. По весне, в мае дается высочайшее разрешение «торговым людям» Ивану Никитину и Родиону Микитину «при отправлении их в Индею…» с заданием «для отведывания торгового промыслу». В промысел вошли соболя и «рыбий зуб», что означает моржовые клыки.
И еще такое же рода уведомление в тот год о новых добровольцах узнавать Индию: Родион Пушников и Иван Деревенский. Им дано более важное задание: не только выявить чем и как можно торговать с Индией, но – главное – вызнать побольше про возможности развивать государственные связи.
Прелюбопытен такой наказ: «За столом сидеть вежливо и не упиватца».
Увы, неудача: персидские власти эту делегацию по вражде не пропустили.
1667. «Орел» сгорел. Созревала Россия повторить к этому времени забытое – напрочь! – деяние Афанасия Никитина. Приступили строить корабль для ходок в Индию, поименовали гордо – «Орёл». Уж пришло время парусами оснащать, да восставшие разинцы сожгли.
Посланник царя Иван Желябужский. Ему от царя задание особой важности. Он повстречался в Риге с канцлером курляндским и к нему с предложением: поделитесь-де с царем Алексеем Михайловичем «куда корабли ходят за пряных зелий и овощей, в которые урочища и чьи владения». Захотел вызнать даже такое: «В какую цену ему корабль обходится, с снастями и со всем людским наймом и запасами?». И добавил, что русский царь готов нанять корабль для такого путешествия.
Царю по итогу этих переговоров было доложено, что из Риги «для пряных зелий» ходят корабли в Индию, и что-дескать там даже для этого занаряжено 200 работников. Но власти Курляндии отказались от помощи Москве сдачей своих кораблей в аренду. Однако же снабдили советом: «Пристойнее великому государю (России) заводить корабли в Архангельске». Все это описал наш выдающийся историк С. М. Соловьев (1822–1879)в своей «Истории России с древнейших времен» в томе 11(глава 4).
1669. Царю забота. Он взялся выбирать сухопутные дороги для самого ближнего пути в Индию. Для этого снарядили в Хиву и Бухару посланника Бориса Пазухина. Велено было ему «точно разведать от знающих людей» дорогу от Астрахани до Индии и про то, «какие люди по той дороге живут? Не бывает ли при проезде по тем местностям грабительства и иной какой мешкоты? И сколько, от какого города до следующего, на том пути ходу?» Исполнил он задание, вернувшись через 4 года. Назвал столицу владений некоего шаха Уранзена со столицей Джалабад: «Всего от Астрахани до индийского города Джалабата 4 месяца и 2 недели пути верблюжьим ходом. Есть путь и через персидскую шахову землю, только он будет того далее, тяжелее и убыточнее».
Еще одна «российско-индийская» бумага того года попала в Посольский приказ. Купцу Семену Маленькому привалила радость: разрешили не брать с него пошлин «как с проданных, так и покупных им в Индии товаров». Некие дополнения к индийской биографии этого купца последуют в главе с именем Петра 1.
1670. Возвращение к царевичу Иасафу. Послан был в Индию Семен Измаил, не случайный человек – был переводчиком посольства России в Бухаре. Задание ему выпало истинно историческое: «Проведать в-Ындее Иосафа царевича, где мощи ево лежат».
Странное задание, но оно порождено было той повестью, о которой я рассказал в первой главе. Выходит, что минули столетия, но вера в прочитанное не померкла. Видно, сказалось, что та повесть заканчивалась пожеланием искать продолжения: «Умножились его потомки, и они царствовали, наследуя один другому и держась следов истинного пути и дорожных его знаков».
1675. Как сорвали путешествие купца Касимова. В архиве Посольского приказа хранится бумага о новой миссии в Индию: «Наказ царя Алексея Михайловича Мехмету Исупу Касимову»; он же Музаммед Юсуф Касимов. Честь такая пала некоему мусульманину из Астрахани, хотя он и писать-то по-русски не был научен. Так ему для начала политическое задание великого смысла: «домогаться» с Индией «крепкой братцкой дружбы и любви».
Во когда прозвучало то, что нынче святая святых для народов России и Индии!
Ещё задание купцу особой значимости: «Изыскать из Индейского государства водяной путь к городам царского величества, чтоб к Российскому государству тот водяной путь был сподатен и безопасен реками Обью, Яны, Шерью и Селенгою или Иртышем».
Почитывалось в задании едва ли не затребовать присылку в Россию Почла Индии. Каково!
Но и коммерция в интересах России: «С шаховыми же ближними людьми договорится всякими мерами накрепко о серебре». В тексте обозначилась возможность наигромадных закупок: «пуд по тысячи и по две и три и больше». Торговля мечталась обменная: «А на Москве за то серебро царского величества из казны по счету дано будет товарами, товары на их руки будут годны… И наипаче каменья самого добраго».
И еще было немало поручений. Даже такое: «А буде обыщутся в Ындейском государстве самые художные мастеры каменных мостов и иных изрядных дел, и ему тех мастеров приговаривать в службу великого государя на время». Еще просьба закупить «слонов и бабров (тигров – В. О.) и иных зверей и птиц индейских». Неужто подумали о зоопарке? Еще: «Проведывать есть ли в-Ындее семена огородные или звери небольшие и птицы, от которых в Российском государстве чаять быть приплоду».
Выехал Касимов, да Кабул не пропустил. Здешний правитель твердо заявил, заподозрив шпионские намерения, мол, дорогу нечего продолжать, коли
